Шукшин Василий Макарович - Произведения - Ваш сын и брат

     ...И тут на пороге, в дверях, вырос сын его -- Степан.
     -- Здорово, тять.
     Ермолай поднял голову, долго смотрел на сына... Потом высморкался из одной ноздри, вытер нос подолом сатиновой рубахи, как делают бабы, и опять внимательно посмотрел на сына.
     -- Степка, что ли?
     -- Но... Не узнал?
     -- Хот!.. Язви тя... Я уж думал -- почудилось.
     Степан опустил худой вещмешок на порожек, подошел к отцу. Обнялись, чмокнулись пару раз.
     -- Пришел?
     -- Ага.
     -- Что-то раньше? Мы осенью ждали.
     -- Отработал... отпустили.
     -- Хот... язви тя! -- Отец был рад сыну, рад был видеть его.
     Только не знал, что делать.
     -- А Борзя-то живой ишо, -- сказал он.
     -- Но? -- удивился Степан. Он тоже не знал, что делать. Он тоже рад был видеть отца. -- А где он?
     -- А шалается где-нибудь. Этта, в субботу вывесили бабы бельишко сушить -- все изодрал. Разыгрался, сукин сын, и давай трепать...
     -- Шалавый дурак.
     -- Хотел уж пристрелить его, да подумал: придешь -- обидишься...
     Присели на верстак, закурили.
     -- Наши здоровы? -- спросил Степан. -- Пишут ребята?
     -- Ничо, здоровы. Как сиделось-то?
     -- А ничо, хорошо. Работали. Ребята-то как?..
     -- Да редко пишут. Ничо вроде... Игнат хвалится. А Мак­сим -- на стройке. Ты-то в шахтах, наверно, робил?
     -- Нет, зачем: лес валили.
     -- Ну да. -- Ермолай понимающе кивнул головой. -- Дурь-то вся вышла?
     -- Та-а... -- Степан поморщился. -- Не в этом дело.
     -- Ты вот, Степка... -- Ермолай погрозил согнутым про­куренным пальцем. -- Ты теперь понял: не лезь с кулаками куда не надо. Нашли, черти полосатые, время драться.
     -- Не в этом дело, -- опять сказал Степан.
     В завозне быстро темнело. И все так же волнующе пахло стружкой и махрой...
     Степан встал с верстака, затоптал окурок... Поднял свой хилый вещмешок.
     -- Пошли в дом, покажемся.
     -- Немая-то наша, -- заговорил отец, поднимаясь, -- чуть замуж не вышла.

Страницы: (33) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Он тоже был доволен, но не более того. Указательный палец правой руки в кармане непроизвольно сжимался, когда он думал о том, как опередить машину, эту хитрую коробку с фокусами, которая выпускает мишень лишь на три секунды, стреляет в него холостыми из "тридцать восьмерки" и, точно направив тоненький луч света, фотографирует, как он стоит и стреляет из круга, очерченного мелом.
     Двери лифта вздохнули, открываясь, и Бонд вошел внутрь. Лифтер почувствовал запах кордита. Они всегда им пахнут, когда выходят из тира. Ему нравился запах. Напоминал армию. Он нажал кнопку восьмого этажа и положил культю левой руки на контрольную ручку.
     Если бы только освещение было получше, думал Бонд. Но М. настаивал, чтобы все стрельбы проводились в усредненно плохих условиях. Полутьма и стреляющая мишень в какой-то мере отвечали его представлениям о реальной обстановке. "Способность попасть в кусок картона ничего не доказывает", - гласило его введение в "Руководство по обороне с применением стрелкового оружия".
     Лифт остановился, и Бонд вышел в мрачный, по рекомендации Министерства труда выкрашенный зеленой краской коридор, в Суматошный мир, где девицы бегают с папками, хлопают двери, и сквозь них слышатся телефонные звонки. Здесь Бонд выбросил из головы тир и стрельбу и настроился на обычный рабочий день.
     Он дошел до последней двери направо. Она была так же анонимна, как и все остальные. Даже без номера. Если у вас дело на восьмом этаже, а ваш кабинет расположен не здесь, то кто-нибудь проводит вас, куда надо, а когда вы кончите, то и обратно, к лифту.
     Бонд постучал и подождал. Понедельник - день тяжелый. За два выходных накапливается гора дел, которые надо перелопатить. А уик-энды, как правило, горячие дни за границей. Взламываются пустые квартиры. Люди фотографируются в компрометирующих обстоятельствах. Автомобильные аварии выглядят натуральнее и расследуются небрежнее на переполненных в выходные дорогах...

Ян Флеминг (Ian Fleming)   
«Мунрейкер. Пер. - Э.Меленевской»