Шукшин Василий Макарович - Произведения - Живет такой парень

-- Подул ветер.
     Наташа подняла воротник.
     -- Подул холодный осенний ветер -- у куртки имеется глухой воротник.
     Музыканты играют, притопывают ногами. Особенно ста­рается ударник.
     -- Наташа передовая не только в труде, но и в быту. Поэ­тому все на ней опрятно и красиво.
     Наташа улыбнулась в зал, как будто несколько извиняясь за то, что она такая передовая в быту.
     -- Спасибо, Наташенька.
     Наташа ушла со сцены и стала переодеваться в очередное вечернее платье. А женщина стала рассказывать, как надо красиво одеваться, чтобы не было крикливо и в то же время модно. Упрекнула "некоторых молодых людей", которые лю­бят одеваться крикливо (ей очень нравилось это слово -- "крикливо").
     ...Пашка склонился к Насте и сказал:
     -- Я уже вторые сутки страдаю -- так? -- а вы мне -- ни бэ, ни мэ, ни кукареку.
     Настя повернулась к Гене.
     -- Ген, дай я на твое место сяду.
     Пашка засуетился громко.
     -- Загораживают, да? -- спросил он Настю и постучал пальцем по голове впереди сидящего товарища. -- Эй, това­рищ! Убери свою голову.
     Товарищ "убрал" голову.
     Настя осталась сидеть на месте.
     -- ...Вот -- вечернее строгое платье простых линий. Оно дополнено шарфом на белой подкладке. Как видите, краси­во, просто и ничего лишнего. Каждой девушке приятно будет пойти в таком платье в театр, на банкет, на танцы... В этом сезоне очень модно сочетание цветов черного с белым.
     Пашка потянул к себе кофту, которая была у Насти на руке, как бы желая проверить, в каком отношении здесь цве­та черный и белый...
     -- Гена, сядь на мое место, -- попросила Настя.
     Гена с готовностью сел на место Насти.
     Пашка заскучал.
     А на сцене в это время демонстрировался "костюм для пляжа из трех деталей".
     -- Платье-халат. Спереди на кнопках.
     Кто-то из зрителей громко хохотнул. На него зашикали.
     -- Очень удобно, не правда ли? -- спросила женщина.
     ...Пашка встал и пошел из клуба.
     Опять сорвалось.

     Дома он не раздеваясь прилег на кровать.
     -- Ты чего такой грустный? -- спросил Прохоров.

Страницы: (37) :  <<  ... 234567891011121314151617 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Оставался и в то время, когда спасательные лодки отчаливали от погружавшегося в пучину судна, и утонул вместе с ним. Вспомните телеграфиста в недавней японской катастрофе. Почти повсеместно, когда рок сокрушает людей и творения их рук, мы встретим какого нибудь Пронобиса: на миг нам откроется человеческое лицо, озаренное трагическим блеском минуты, и снова исчезнет во тьме; но этого мига достаточно, чтобы мы безгранично полюбили человечество. Наверняка нигде на свете не существует золотой книги героев, куда вписывались бы все факты мужественной помощи, стойкости и готовности пожертвовать жизнью, — ведь истории нет дела до людей. Кто теперь вспомнит имя телеграфиста с «Титаника»? Кто и когда напишет acta sanctorum et martyrum повседневной человеческой жизни? Любой депутат, любой литератор или министр и кто угодно еще найдут свое местечко в том, что называется «история». Пронобис не войдет ни в какую историю, ибо он вечен; он ничего не значит в развитии человечества; он всего лишь… сохраняет высшие человеческие ценности, а это чувство столь вневременное, что забыть о нем легче всего. Пронобис не совершил ничего нового; наверняка какой нибудь Пронобис существовал еще в горящих Содоме и Гоморре, и Авраам не спас его, не удостоил внимания, потому что это был обыкновенный грешник; но в самый нужный момент он совершал или пытался совершить нечто большее, чем совершили десять праведников. Наверняка такой Пронобис помогал людям во время всемирного потопа, однако Ной не взял его в свой ковчег как представителя особого вида млекопитающих, вот и мы не берем его в историю или на титульный лист газеты; боже, это же само собой разумеется — во время каждой катастрофы найдется свой Пронобис! Выглядит это как простая игра слов, но нельзя уклониться от ее удивительной нравственной логики: то, что совершил Пронобис, он совершил за нас. За каждого из нас опускался он в горящую шахту, чтобы мы не ужаснулись тому, что все человечество не кинулось стремглав на помощь погибающим; за каждого из нас он рисковал жизнью, чтобы утвердить нравственную ценность самопожертвования; своей смертью он освободил нас от кошмара бессильного сострадания...

Чапек Карел (Capek Karel)   
«Столбцы»