Шукшин Василий Макарович - Произведения - Сураз

     И правда, посадили. После войны. С дружком, таким же отпетым чухонцем, перехватили на тракте сельповскую телегу из соседнего села, отняли у возчика ящик водки... Справились с мужиком! Да еще всыпали ему. Сутки гуляли напропалую у Спирькиной "марухи"... И тут их накрыла милиция. Спирька успел схватить ружье, убежал в баню, и его почти двое суток не могли взять -- отстреливался. К нему подсылали "маруху" его, Верку-тараторку, -- уговорить сдаться добром. Шалаболка Верка, тайком, под подолом, отнесла ему бутылку водки и патронов. Долго была там с ним.. Вышла и объявила гордо:
     -- Не выйдет к вам!
     Спирька стрелял в окошечко и пел:

     Врагу не сдается наш гордый "Варяг",
     Пощады никто не желает!

     -- Спирька, каждый твой выстрел -- лишний год! -- кричали ему.
     -- Считайте -- сколько?! -- отвечал Спирька. И из окошечка брызгал стремительный длинный огонь, гремело. Потом он протрезвился, смертельно захотел спать... Выкинул ружье и вышел.
     Пять лет "пыхтел".
     Пришел -- такой же размашисто-красивый, дерзкий и такой же неожиданно добрый. Добротой своей он поражал, как и красотой. Мог снять с себя последнюю рубаху и отдать -- если кому нужна. Мог в свой выходной поехать в лес, до вечера пластаться там, а к ночи привезти машину дров каким-нибудь одиноким старикам. Привезет, сгрузит, зайдет в избу.
     -- Да чего бы тебе, Спиренька, андел ты наш?.. Чего бы тебе за это? -- суетятся старики.
     -- Стакан водяры. -- И смотрит с любопытством. -- Что, ничего я мужик.
     Пришел Спирька из тюрьмы... Дружков -- никого, разъехались, "марухи" замуж повыходили. Думали, уедет и он. Он не уехал. Малость погулял, отдал деньги матери, пошел шоферить. Так жил Спирька.

     В село Ясное приехали по весне два новых человека, учителя: Сергей Юрьевич и Ирина Ивановна Зеленецкие -- муж и жена. Сергей Юрьевич -- учитель физкультуры, Ирина Ивановна -- пения.
     Сергей Юрьевич -- невысокий, мускулистый, широченный в плечах... Ходил упружисто, легко прыгал, кувыркался; любо глядеть, как он серьезно, с увлечением проделывал упражнения на турнике, на брусьях, на кольцах... У него был необычайно широкий добрый рот, толстый, с нашлепкой нос и редкие, очень белые, крупные зубы.
     Ирина Ивановна -- маленькая, бледненькая, по-девичьи стройная. Ничего вроде бы особенного, а скинет в учительской плащик, пройдет, привстанет на цыпочки, чтобы снять со шкафа тяжелый аккордеон, -- откуда ладность явится, изящность.

Страницы: (16) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Герой его рассказов Синебрюхов говорил:
     "Каким ни на есть рукомеслом займусь -- все у меня в руках кипит и вертится".
     Стрелочник спрашивает Аполлона Переленчука, героя повести "Аполлон и Тамара", собиравшегося покончить самоубийством:
     " -- Знаешь ли какое ремесло?
     -- Нет.
     -- Это худо, -- сказал стрелочник, покачав головой- -- Как же это, брат без рукомесла жить? Это, я тебе скажу, немыслимо худо! Человеку нужно непременно понимать рукомесло..."
     Стрелочник устраивает Аполлона Перепенчука на работу могильщика, и в этом ясно звучит ирония автора по отношению к людям, занятым только переживаниями и пустопорожними рассуждениями.
     Комический сказ, созданный писателем обличал мещанина. Он прорывался сквозь шквал жизненного уродства. Он вносил в ряды "уважаемых граждан" и "нервных людей" смятение и беспорядок.
     Получив иа фронте хроническое заболевание сердца М. М. Зощенко глубоко заинтересовался вопросамм психоанализа. У букинистов Ленинграда, Москвы, Киева, Харькова, Одессы, Воронежа он доставал книги Зигмунда Фрейда, изучал йогов, читал Кафку, Пруста, Ницше. Собрал обширную литературу о Достоевском, пытаясь проникнуть в его внутренний мир. Увлекся психиатрией, генетикой, парапсихологией, философией, физиологией. У него завязались добрые, дружеские отношения с академиком И. П. Павловым профессором Л. С. Штерн, селекционером И. В. Мичуриным.
     Двадцать лет он вынашивал замысел своей Главной Книги -- самой умной и самой человечной, талантливой и мудрой.
     В годы Второй мировой войны он находился в эвакуации в Алма-Ата. Москвичи и ленинградцы, киевляне и одесситы, именитые деятели литературы и искусства чаще всего встречались на толкучке, где можно было все продать и все купить.
     По вечерам, снедаемый тоской, М...

Зощенко Михаил Михайлович   
«Опальные рассказы»