Шукшин Василий Макарович - Произведения - Чужие

     Попалась мне на глаза одна книжка, в ней рассказывается о царе Николае Втором и его родственниках.
     Книжка довольно сердитая, но, по-моему, справедливая. Вот что я сделаю: я сделаю из нее довольно большую выписку, а потом обьясню, зачем мне это нужно. Речь идет о дяде царя, великом князе Алексее.
     "Алексей с детсва был назначен отцом своим, императором Александром вторым, к службе по флоту и записан в морское училище. Но в классы он не ходил, а путался по разным театрикам и трактирчикам, в веселой компании французских актрис и танцовщиц. Одна из них, по фамилии Мокур, совсем его замотала.
     - Не посоветуешь ли ты, - спрашивал Александр Второй военного министра Милютина, - как заставить Алексея, чтобы посещал уроки в училище?
     Милютин отвечал:
     - Единственное средство, Ваше Величество: назначьте учителем госпожу Мокур. Тогда великого князя из училища и не вызвать.
     Такого-то ученого моряка император Александр Третий, родной брат его, не побоялся назначить генерал-адмиралом - главою и хозяином русского флота.
     Постройка броненосцев и портов - золотое дно для всякого нечестивого человека, охочего погреть руки около народного имущества. Генерал-адмирал Алексей, вечно нуждаясь в деньгах на игру и женщин, двадцать лет преобразовывал русский флот. Бессовестно грабил казну сам. Не меньше грабили его любовницы и сводники, поставляющие ему любовниц.
     Сам Алексей ничего не смыслил в морском деле и совершенно не занимался своим ведомством. Пример его как начальника шел по флоту сверху вниз. Воровство и невежество офицеров росли с каждым годом, оставаясь совершенно безнаказанными. Жизнь матросов сделалась невыносимою. Начальство обкрадывало их во всем: в пайке, в чарке, обмундировке. А чтобы матросы не вздумали против поголовного грабежа бунтовать, офицерство запугивало их жесткисми наказаниями и грубым обращением. И продолжалось это безобразие, ни мало - двадцать лет с лишком.
     Ни один подряд по морскому ведомству не проходил без того, чтобы Алексей с бабами своими не отщипнул (я бы тут сказал - не хапнул. - В. Ш.) половину, а то и больше. Когда вспыхнула японская война, русское правительство думало прикупить несколько броненосцев у республики Чили. Чилийские броненосцы пришли в Европу и стали у итальянского города Генуи. Здесь их осмотрели русские моряки. Такие броненосцы нашему флоту и не снились. Запросили за них чилийцы дешево: почти свою цену. И что же? Из-за дешевизны и разошлось дело. Русский уполномоченный Солдатенков откровенно объяснил:
     - Вы должны просить, по крайней мере, втрое дороже.

Страницы: (6) : 123456

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Даже в то давнее время Охотничий Комитет старался хоть в какой-то степени обеспечить "справедливость убийства".
     Уже тогда стало стало очевидным, что Охота имеет огромную ценность: она сможет уберечь человечество от привязанности к войне, заменив ее двусторонней смертельной дуэлью. И это делало Охоту панацеей от всех бед и несчастий.
     Сегодня война кажется такой же абсурдной, какой казалась Охота в начале девяностых годов.
     На промежуточном этапе, во время внезапного расцвета Эсмеральды, были установлены новые правила, но в них до сих пор вносятся изменения. Возможно, некоторая двойственность в этом вопросе была необходима: Охота еще не распространилась на весь мир. Она была узаконена только только на одной островной республике - Эсмеральде в Карибском море, где она считалась не только национальным развлечением, но и была основным источником дохода. В казну текли деньги от туристов, которые толпами прилетали на остров со всех континентов - одни, чтобы принять участие в Охоте, другие - чтобы поглазеть на небывалые кровавые поединки. Люди получали удовольствие, наблюдая за чужой смертью, а международная аудитория следила за постыдными Играми с их шокирующей Большой Расплатой. Следила и наслаждалась.
     На раннем этапе Охотникам приходилось мириться с мыслью, что еще не все население одобрительно относилось в Охоте. Хотя многим она казалась довольно привлекательной в той или иной мере, представители закона и правопорядка постоянно досаждали участников. В те времена полиция приравнивала Охотников к обычным уголовникам и убийцам.
     Через несколько столетий мы наконец нашли способ как сдерживать катастрофический рост населения. Ведь сама природа делает это по старинке, убивая людей.
     Как много места в литературе двадцатого и двадцать первого веков уделялось теме одиноких людей, постепенно стареющих и влачащих жалкое существование...

Шекли Роберт (Sheckley Robert)   
«Первая жертва»